0

Владимир Гракун — о взаимоотношениях аграриев и пчеловодов и рынках сбыта меда

Недавно в издательском доме «Беларусь сегодня» прошла дискуссия по вопросам пчеловодства. Участников волновало многое — от графиков химобработок полей сельхозпредприятиями до экспортных поставок. Часть вопросов пчеловоды могли бы решить самостоятельно, некоторые требуют всего лишь конструктивного диалога и компромисса. Но подавляющее большинство проблем, как по мнению ученых, так и пчеловодов, присутствовавших на встрече, нужно обсуждать и решать на уровне министерств. После дискуссии в редакцию «СГ» стали обращаться пасечники из разных районов и регионов с просьбой продолжить эту тему. Корреспондент «СГ» встретилась с заместителем министра сельского хозяйства и продовольствия Владимиром ГРАКУНОМ, который, кстати, и сам разводит пчел.

— Владимир Владимирович, на встрече в нашем издательском доме шла речь о слабом развитии отрасли и недостаточной поддержке пчеловодов. Насколько, на ваш взгляд, это актуально с позиции руководства министерства?

— В 2017 году Словения выступила с предложением 20 мая отмечать Всемирный день пчел. ООН его одобрила, и в 2018 году он отмечался впервые. Беларусь одна из первых присоединилась к этой инициативе. Пчеловодство в нашей стране не забыто, условия для его развития созданы все. У нас в достатке площадей с медоносными культурами: 500 тысяч гектаров рапса, 15 тысяч — гречихи, 100 тысяч гектаров садов и около 2 тысяч гектаров клевера. К тому же организована подготовка специалистов в средних учебных заведениях, в вузах в планы обучения ветеринарных и зоотехнических специалистов включена программа «Пчеловодство». Ежегодно проводятся ярмарки меда.

Самая большая проблема пчеловодов, на мой взгляд, — уверенность, что за них кто-то что-то должен решать. Приводят примеры, мол, «за границей делается так-то». Но там все находится в руках ассоциации пчеловодов. Люди сами собираются и решают свои вопросы. А в Беларуси почему-то ждут, что это сделает министерство. Пасечники жалуются, что не могут купить качественную пчеломатку в Беларуси? Но, насколько мне известно, несколько лет назад большое количество племенных пчеломаток Института плодоводства НАН у нас было уничтожено из-за невостребованности.

Приведу пример. Во времена Союза овощеводством занимались в основном сельхозорганизации. Сейчас площади под овощами в сельхозпредприятиях резко снижаются, эту нишу занимают фермеры. При этом мы не только обеспечиваем продукцией свое население, а еще и экспортируем. То же самое можно говорить и о пчеловодстве. Наравне с государственными пасеками для производства меда должны развиваться частные.

— Так фермеры и жалуются, что не могут продать мед за границу, а на белорусском рынке больше российского, нежели своего. Раньше не обращала внимания, чей мед продают в магазинах. Посмотрела специально: действительно, белорусского мало. Он худшего качества или слишком дорогой?

— Дело не в этом. Нельзя утверждать: раз белорусский мед, значит, обязательно должен быть качественный или, наоборот, плохой. Представьте, вы как потребитель пробуете мед из двух разных банок, но не чувствуете разницу на вкус. У одного продавца он стоит рубль, у другого — пять. Какой купите? И если продукт из России или Украины дешевле, но по качеству не хуже, почему его не взять? Как определить, что липовый или подсолнечниковый мед хуже рапсового или гречишного? Если он натуральный, а не фальсификат, то в любом случае качественный. А излишки пчеловоды могут сдавать в потребкооперацию, она покупает всю сельхозпродукцию с частных подворий. Есть специализированные магазины, которые торгуют качественными продуктами пчеловодства. Но у них же нет собственных пасек. Откуда берут? Поставляют частники.

— Пчеловоды обижаются: нет поддержки в виде бесплатных лекарств для пчел, возможности приобрести подешевле сахар для зимней подкормки или купить племенную пчеломатку.

— У нас абсолютно не предусмотрены доплаты за каждый улей. Если какие-то льготы или помощь и будут рассматриваться в дальнейшем, то нужно прежде отработать механизм и определенные критерии.

— Главенствующее место в опылении отдают медоносным пчелам. Полноценный урожай и высокое качество плодов и ягод вообще немыслимы без их участия. В советские времена пасеки, пусть и небольшие, были практически в каждом хозяйстве. Сады, кстати, тоже. Сейчас редкость и то, и другое.

— Государственная комплексная программа развития картофелеводства, овощеводства и плодоводства предусматривает посадку садовых деревьев ежегодно на 500 гектарах. В целом за последние 10 лет посажено уже более 20 тысяч гектаров садов и ягодников интенсивного темпа. Конечно, для них нужны не только химобработки и подкормки, но и опыление. И хозяйства, фермерские они или государственные, обязательно должны иметь пасеку. Это их интерес в своем урожае. Если в Канаде или Польше фермеры платят пчеловодам за то, что они привозят в их сады пасеки, то у нас это возможно только в перспективе. Каждый ждет, что пчела сама откуда-то прилетит. И потом, пасечнику тоже нельзя обижаться на фермера, чей сад опыляют пчелы, за то, что они делают это бесплатно. Мед пчеловоды откуда берут? Где кормились пчелы и собирали нектар? Здесь выгода очевидна для обеих сторон. Медосборов хватает, как всего, что я уже упоминал: есть гречиха, в конце концов — липы, акации…

Читал в СМИ возмущения по поводу слабой подготовки специалистов в учебных заведениях. Так вот, разработать программу и обучить будущих пчеловодов несложно. Главное — спрос на них. Если будут пасеки в сельхозпредприятиях, будут востребованы и специалисты.

— А как быть в случае споров между пчеловодами и сельхозпредприятиями? Владелец пасеки из Могилевской области, обратившись к нам в редакцию, жаловался: во время уборки цветущего клевера пчелы погибли под жатками. Или же случаи, когда насекомые погибали во время химизации.

— Прежде всего должен соблюдаться закон. Это прописное правило, где очерчены все шаги: когда и как можно проводить химическую обработку, как предупреждать пчеловодов и многое другое. Да, бывает, что сроки уходят и нужно за короткий период провести опрыскивание. Но и в таких ситуациях должны своевременно оповещать пчеловодов. Возможно, где-то плохо подготовлены механизаторы и агрономы. Но конфликт существует даже между соседями по участку, нужно уметь договариваться. Сам пасечник, в конце концов, может прийти на планерку в хозяйство и спросить: «Я знаю, что у вас рапс на поле зацвел. Когда планируется его обработка?» И сель­исполком, а он тесно связан с сельхозпредприятием, должен знать своих пасечников и вовремя оповещать. Так что при желании все вопросы можно легко урегулировать. Даже о вечерней обработке должны предупреждать заранее. А там пусть человек сам решает, пускать утром своих пчел на рапс или нет.

Теперь что касается уборки клевера. Бобовые культуры должны убираться в фазу бутонизации, а не цветения. Тогда пчел там точно не будет. Возможно, с уборками трав опаздывают некоторые хозяйства, поэтому такое происходит. И мне сложно представить, если честно, как пчела могла попасть в жатку. Попробуйте к ней просто подойти и поймать. Сомневаюсь, что получится.

— Но так или иначе, должен быть выстроен алгоритм четких действий.

— Он и выстроен.

— Значит, не работает.

— Ну почему? Там, где руководители сельхозпредприятий и пчеловоды заинтересованы друг в друге и стараются избегать подобных конфликтов, работает.

Допускаю, что-то нужно выполнить оперативно и в дневное время провести химобработку. Возможно, у хозяйства мало техники, кадров. Повторюсь, в любом случае можно найти общий язык с пчеловодом. Заведующий лабораторией пчеловодства Института плодоводства НАН Дмитрий Рахматуллин во время проведения «круглого стола» ставил в пример ОАО «Рапс» Минского района и Толочинский консервный завод. Я согласен с тем, что на этих предприятиях все четко и грамотно организовано. Но что мешает наладить такую же работу остальным?

— Так вот в спорной ситуации и нужен конкретный человек, имеющий влияние на того же агронома и руководителя, который будет контролировать соблюдение законодательства. Чтобы пчеловод мог к нему обратиться за помощью в случае его нарушения.

— Для этого есть прежде всего районная ветстанция, куда нужно обращаться владельцу пасеки.

— Ваше мнение насчет того, что испытаний инсектицидов только в лабораторных условиях недостаточно. Нужны ли еще полуполевые методы исследования, чтобы более четко понимать, какие препараты и в каких дозах использовать при проведении химобработок?

— Насчет этой методики конкретно не скажу, не владею вопросами испытаний препаратов. Но знаю, что любой инсектицид в той или иной мере вреден для пчел. Мы применяем их для того, чтобы убить насекомых-вредителей, а пчела очень чувствительна. Гремучую смесь против рапсового цветоеда придумывать точно не нужно, достаточно тех препаратов, которые есть. Они разделены на несколько классов опасности. Первый, самый опасный, у нас вообще не используется. В последнее время в СМИ обсуждалась массовая гибель пчел в России. Шла речь о глифосатах, применяемых против сорняков. В Беларуси этот гербицид в основном используют осенью или ранней весной и на отработанных землях — многолетних травах, полях после уборки зерновых, где растет пырей. А пчелы туда не летят. Другое дело, что где-то между обработками они пролетают на другие участки и попадают под воздействие глифосатов.

— Республиканская общественная организация «Белорусские пчеловоды» вышла с письмом на председателя президиума Академии наук Владимира Гусакова с просьбой разработать программу развития пчеловодства и затем подать ее на утверждение в Минсельхозпрод.

— Я считаю, что организация должна была сама разработать программу и выйти на Академию наук, но уже для анализа и критики, поддержат эту программу ученые или нет. Никто не должен прийти и сделать это за пчеловодов. Допустим, мы возьмем на себя разработку, а после ее утверждения окажется, что «не то и не так». Пчеловоды сами должны изложить вопросы, которые, по их мнению, должны быть учтены, а потом подать их на изучение и принятие. Тогда от документа будет толк, и он будет действовать с учетом всех прежних пробелов. «Белорусские пчеловоды» — специалисты в своем деле, они могут обращаться в государственные органы и сами быть инициаторами по созданию законодательных актов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *